Гаранты греческой демократии

Казалось бы, Россия в глазах европейцев – страна вечного холода, северных нравов и безраздельного самодержавия, но по факту Империя оказалась учредительницей средиземноморской демократии. Хорошо известно, что Екатерина II провозглашала целью южной экспансии создание независимого греческого государства, а в результате славных побед русского флота при Павле I в Средиземном море возникла республика Семи Островов.

В конце XVIII-го века Средиземноморский регион стал полем утверждения русского владычества, подкрепляемого доблестью военных. Незадолго до заслужившего альпийским походом звания Генералиссимуса и задавшего жару превосходящим силам противника Александра Суворова Федор Ушаков совершил небывалое в истории морской тактики. Силами флота без поддержки пехотных соединений в феврале 1799 года он сумел захватить французскую крепость на острове Корфу, за что был удостоен Императором звания Адмирала.

«Ура! Русскому флоту!.. Зачем не был я при Корфу, хотя бы мичманом!» – воскликнул Александр Суворов, узнав о блистательной победе. На Корфу располагалась наиболее укрепленная на Ионических островах цитадель французских войск, и освобождение острова открыло новую страницу в истории архипелага.

На следующий день Федор Ушаков совместно с турецким флотоводцем Кадыр-беем провозгласили, что все жители острова независимо от религии получают общую амнистию и уважение к правам личности, также после 500-летнего периода владычества иноверцев здесь восстанавливался православный епископат.

Далее в марте 1800 года при формальном протекторате Турции и фактическом – России на Ионических островах была провозглашена республика Семи островов, во главе которой оказался будущий глава министерства иностранных дел России Иоанн Каподистрия. Примечательно, что жители этого демократического государства получали достаточно передовые для того времени права: все мужчины, исповедовавшие христианство и обладающие необходимым имущественным цензом, наделялись избирательным правом.

Демократический плод русского военного и политического влияния оказался лишь на полтора десятка лет моложе независимых североамериканских штатов, которые окрепли и состоялись во многом благодаря удаленности от европейских держав. И благодаря провозглашенному в свое время Императрицей Екатериной II «вооруженному нейтралитету», позволившему сохранить торговые связи континентов в условиях войны за независимость. Республика же Семи Островов, находящаяся в гуще европейских притязаний, сумела просуществовать 15 лет, впоследствии перейдя британской короне, где демократические установления перешли под контроль английской администрации.

Добрая память о русских, подаривших грекам самоуправление и восстановивших епископат, на Корфу отзывается и в наши времена. Многие туристы отмечают особое почтение местных жителей к приезжим из России, а памятник причисленному к лику святых в 2001 году праведному войну Федору Ушакову установлен в центре столицы острова Керкире.

comments powered by HyperComments
Понравилась статья? Не забудь поделиться

Карта царя Федора

Зачастую увлечение властителя оказывает решающее влияние на ход истории. Если в случае с Петром Алексеевичем мы воочию видим до чего государство и мир довели царевы «потехи», то фигура крайне малого масштаба способна оказать хоть и меньшее, но важное для исторической науки влияние.

Так, Федор Борисович Годунов правил Россией наименьший период за тысячелетнюю историю, с апреля по июнь 1605 года, не успев даже венчаться на царство. Вскоре после внезапной смерти Бориса Годунова бояре убили молодого Царя, передав державу самозванцу. Во многих исторических учебниках даже не указывается, что между Борисом и Лжедмитрием I был кто-то еще. Подчас повествование ограничивается констатацией, что внезапная смерть Бориса открыла дорогу на царствование Григорию Отрепьеву.

Но отойдем в сторону от живописания трагических событий тех лет и остановимся на важном для исторической науки обстоятельстве, которым стало увлечение Федора картографией. Благодаря его страсти до нас дошел ряд изображений, которые историки приписывают царевичу. В свою очередь на основании этих карт были составлены другие, благодаря чему Федор Борисович может быть назван создателем «вирусного эффекта» в европейской картографии XVII-го века о русских землях.

Одним из подобных изображений мы восхищались в прошлый раз, недоумевая почему английская карта XVII-го века основана на сведениях столетней давности, когда земли к востоку от Волги еще не отмечены под рукой русских государей.

По-видимому, в том случае картограф из Англии взял за основу изображение, которое опубликовал голландец Гессель Геритс в 1613 году, на что указывает их сходство. Второй снабдил карту словами «Карта Руссии по рукописи, начертить которую озаботился Фёдор, сын царя Бориса…», утверждая, что опубликовал работу по эскизу, набросанному рукой Федора Борисовича.

Был заказ царевича Федора опубликовать эти наброски или в руках европейцев оказался трофей, вывезенный из разоренного государства, – вопрос темный. Единственное, в чем сходятся историки, что за основу карты Федор взял источник столетней давности. «Большой чертеж», составленный по повелению Ивана Васильевича Грозного, или какой-то даже более ранний документ.

Конечно, остается загадкой, почему наследник новой династии решил пренебречь актуальными географическими сведениями, в частности, описанием сибирских владений. Так, академик Борис Рыбаков в труде «Русские карты Московии» предположил, что Фёдор Борисович переработал и дополнил картографический чертёж аж 1523 года. Лео Багров высказал мнение, что карта Федора представляет собой учебный чертеж, составленный по образцу более ранних эскизов.

Как было на самом деле – нам остается лишь догадываться.

Обратим внимание, что объект нашего пристального внимания Таврический полуостров в полотне, приписываемом авторству Федора, оказывается разделен между Турцией и Крымским Ханством. Это ближе исторической правде, чем версия английского картографа. А земли между Тартарией, которую в данном случае уместно называть частью Ногайской орды, и Турцией разделены узкой полосой русских земель. Это присоединенное Астраханское Ханство, чем авторы английской карты XVII-го века пренебрегли.

Как бы то ни было, выразим благодарность Федору Борисовичу за то, что благодаря его стараниям европейские картографы принялись живописать русские земли. С ошибками, неточностями, но значимым интересом. А мы, разглядывая осколки той эпохи, получаем богатую пищу для интерпретаций.

Понравилась статья? Не забудь поделиться